Бывает, натыкаюсь на когда-то чей-то профиль,Который был известен в прошлом, но теперь забыт.Читаю комментарии и думаю: "А сколькоЕщё таких иконок на могильном камне плит?"Ведь так порой случается: кумир, что был с тобою,Судьбой нелёгкой вынужден был бросить всё, уйтиРешать свои проблемы. И, быть может, я расстрою,Но вряд ли суждено вновь повстречаться на пути.А ощущенье странное: ведь вот он! Его отзывы,Улыбка в жёлтых смайликах и между скобок грусть.Проснись! Я знаю, ты живой! Очнись, давай! Ну что же ты!Увы, но он ушёл. Ушёл, оставил — ну и пусть.Вся наша популярность в интернете — чушь полнейшая,Она не стоит ничего. Ведь время, что мы тутОставили, смотря на мир за окнами с презрением,К несчастью, не вернуть.
Непоседливая, бесконечно требующая преключений, с огненно-рыжими волосами, пылающими на плечах хозяйки. С янтарными глазами, в которых бушевало пламя азарта, желание заняться чем-нибудь — не важно, чем. Всегда заряженная на позитив. Никогда раньше не встречал таких.Я любил. Когда Она улыбалась, а веснушки на её щёчках умиляли ещё больше. Когда Она смеялась, а я подхватывал, порой не зная, почему. Когда Она строила мне глазки, сделав пакость, — ну точно кот из "Шрека".Я любил. Когда Она грустила, а погода за окном стремительно, словно вторя её настроению, портилась. Когда Она перестала отвечать, сутки напролёт проводя у окна и разглядывая грязно-серое небо. Когда Она открывала мне заспанная, с красными глазами, и подолгу молчала, виновато уставившись в пол.Я любил. Когда Она сказала, что у неё рак и что опухоль неоперабельна. Когда Она плакала, зарывшись в одеяло, а я молчал, не зная как поддержать. Когда Она срывалась, вымещая злость и бессилие на подушку или подушкой — на меня.Я любил. Когда Она лежала на больничной койке, окутанная паутиной проводов и трубочек. Когда Она в последний раз улыбнулась мне, прошептав, что рада нашей встрече в том парке. Когда Она уснула навечно, о чём сообщили врачи лишь наутро.Осень...
